суббота, 13 июня 2015 г.

Уральский миллиардер потратил все деньги на медицину

Уральский миллиардер потратил все деньги на медицину
Уральский миллиардер потратил все деньги на медицину
На что потратили бы вы свои сбережения, имея сотни миллионов долларов на счету? А вот на что их использовал Владислав Тетюхин: уральский миллиардер вложил все свои средства в строительство медицинского центра в Нижнем Тагиле.

Дверь больничной палаты распахнулась, впустив пожилого мужчину с букетом. Владислав Тетюхин, занимавший в 2012 году 153-е место в списке Forbes с состоянием $690 млн, решил проведать одну из первых пациенток своего медицинского центра. «Она никак не хотела активно реабилитироваться после операции на колене. Пришлось убеждать», — вспоминает бизнесмен. Уговор был простой: если 82-летний Тетюхин отожмется 30 раз, женщина послушается врачей. Тетюхин выполнил упражнение. Но не привыкшая к большим нагрузкам пациентка попала в реанимацию. В методику лечения, к разработке которой Тетюхин приложил руку, пришлось внести изменения.

Всю предыдущую жизнь Владислав Тетюхин занимался металлом. Москвич, после института он попал по распределению на завод ВСМПО в городке Верхняя Салда. В 1976 году защитил в Москве докторскую диссертацию, в начале 1990-х вернулся на предприятие уже в статусе директора. После приватизации ВСМПО они с бизнес-партнером Вячеславом Брештом стали владельцами 60% акций. К середине 2000-х корпорация «ВСМПО-Ависма» занимала около трети мирового рынка титана, обеспечивая 30–50% потребностей в этом металле таких гигантов, как Boeing и Airbus.


Идея построить медицинский центр появилась после продажи контрольного пакета «ВСМПО-Ависма» госкорпорации «Ростехнологии» в 2006 году.

«Медицина — это его главная любовь после титана и авиации», — говорит о бывшем партнере Вячеслав Брешт.

В сентябре 2014 года Тетюхин открыл Уральский клинический лечебно-реабилитационный центр. На этот проект он потратил большую часть своего состояния — 3,3 млрд рублей. Зачем Тетюхин инвестирует в провинциальную медицину?

Своя земля

Тетюхин всегда считал, что Верхняя Салда не выглядит так, как должен выглядеть город, в котором находится титановый гигант, вспоминает Брешт. И постоянно доказывал тогдашнему губернатору Свердловской области Эдуарду Росселю, что, если снизить налоговую нагрузку на ВСМПО, завод сможет вкладывать больше денег в развитие города. Договориться не удалось, и Тетюхин решил инвестировать в развитие моногорода сам.

За несколько лет до этого ему в Германии сделали операцию на колене. Клиника обещала поставить на ноги за несколько месяцев, что позволяло Тетюхину успеть подготовиться к новому горнолыжному сезону. Именно такой медицинский центр он и решил построить в Верхней Салде. Но здание местного военного госпиталя оказалось непригодным для современной клиники. Проект переехал в Нижний Тагил — тоже не самый процветающий город, несмотря на наличие крупных предприятий.

Тетюхин выбрал подрядчиков, у которых был участок с разрешением на строительство недалеко от вокзала, и в апреле 2010 года перевел им 135 млн рублей аванса. Но Роспотребнадзор установил, что участок не подходит для медцентра по санитарным нормам: находится слишком близко от промышленных предприятий. Вернуть удалось только 98 млн рублей. «Хорошо, что эта история не отбила у него желание продолжать проект», — говорит мэр Нижнего Тагила и бывший директор НТМК Сергей Носов. Город подыскал новый, больший по площади участок (7 га), подвел к нему коммуникации.

Ё FINANCE

В январе 2012 года стройка запустилась. Проектированием занималась немецкая компания KBV, которая активно работает на Урале — строила частную хирургическую клинику «УГМК-Здоровье» в Екатеринбурге, перинатальный центр в Нижнем Тагиле, роддом в Верхней Салде.

Но вскоре после того как Тетюхин нашел подрядчиков, которые его устраивали, у него кончились деньги.

Бизнесмен объясняет нехватку средств тем, что проект в Тагиле стал более масштабным.

Стартап Тетюхина

После сделки с «Ростехом» у него осталось около 4% акций «ВСМПО-Ависмы», но и их пришлось продать. «Сейчас у меня акций нет, все продал», — признается Тетюхин. Он обратился за господдержкой.

В отреставрированном особняке Министерства здравоохранения Свердловской области на презентацию проекта Тетюхина собралось почти все руководство ведомства — министр, его заместители, руководители департаментов. «Нам постоянно приходилось его приземлять, планы у него были грандиозные», — вспоминает замминистра здравоохранения области Елена Чадова.

Тетюхин хотел специализироваться на ортопедии, вертебрологии (лечении позвоночника) и заниматься эндопротезированием. Для области такой центр был бы спасением: ежегодно в местных клиниках делают 2000 операций по эндопротезированию, еще 2000 пациентов направляют в другие регионы, но очередь все равно составляет около 3500 человек. «Пациентов все больше. Можно жить и без протеза, но если сделать операцию, то уровень жизни повысится», — объясняет Чадова.

Проект Тетюхина в министерстве понравился, но ему рекомендовали расширить специализацию, что экономически более выгодно. Бизнесмен возражать не стал.

После одобрения Минздравом и местной Думой губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев лично рассказал президенту Владимиру Путину о проекте медицинского центра, который бывший глава «ВСМПО-Ависма» строит за свой счет, и доложил, что не хватает 1 млрд рублей.

Снежная Королева

«Прошу рассмотреть. Дело хорошее», — размашисто написал Путин на обращении.

«Конечно, президент хорошо отнесся. Я вообще считаю, что это гражданский подвиг Тетюхина», — говорит Куйвашев в интервью Forbes. В итоге за 1,2 млрд рублей государство получит 20–25% в медцентре. «Он был готов отдать государству и больше, лишь бы достроить центр», — говорит старший сын Тетюхина Дмитрий.

Деньги выделялись через «Корпорацию развития Среднего Урала» — это структура регионального правительства, через которую область участвует в совместных проектах с частными инвесторами. «Патриарху титановой отрасли» решать проблемы финансирования было проще, чем другим высокотехнологичным стартапам. Пару раз, когда задерживали деньги, он звонил Росселю, тот помогал ускорить процесс. Россель же познакомил его и с Вероникой Скворцовой, министром здравоохранения России.

В августе 2014 года Уральский медицинский центр получил лицензию, а в сентябре начал делать операции.

Две смены

Яркие стены отделений медцентра — у каждого свой цвет — увешаны репродукциями импрессионистов, которые Тетюхин выбирал лично. В такой обстановке, считает он, пациенты быстрее восстанавливаются, да и врачам работать приятнее. Сейчас у Тетюхина почти 60 врачей, из них только четверо местных. Дело в том, что с другими больницами Свердловской области было заключено джентльменское соглашение о непереманивании специалистов. «Нельзя запретить человеку, если он хочет. Но никакой пропаганды нет», — говорит Тетюхин. «Соглашение действительно соблюдается, никаких конфликтов не было», — подтверждает Елена Чадова. С медсестрами дело обстоит проще, в Тагиле есть медучилище.

Откуда специалисты? В центре несколько «колоний», как называет их Тетюхин, — из Томска, Тюмени, Омска, Забайкалья, Оренбурга. Пять врачей из Донецка и Луганска переехали в Нижний Тагил после начала конфликта на юго-востоке Украины. Центр оплачивал докторам дорогу на собеседование. «Из столиц очень сложно привлечь специалистов»,  — признается Тетюхин. Но главного врача он все-таки нашел в Санкт-Петербурге: тот загорелся идеей — «захотел поставить жирную точку в карьере».

Aliexpress

Тетюхин построил на территории медцентра шестиэтажные дома для персонала. А вот зарплаты в центре не рекордные.

«Мы предупреждали, что не можем платить деньги, к которым они привыкли. Мы еще строим», — говорит Тетюхин.

Чем заманивают специалистов? Возможностью работать с современным оборудованием и продолжать научную деятельность. Ведущие хирурги, по словам бизнесмена, уже побывали в клиниках Германии и Словении.

Бизнес-процессы Тетюхин отстраивал по европейским стандартам. Дежурства отменил. Зато операционные загружены в две смены. Его сын Дмитрий поясняет, что современные операционные (их в центре пять) «жутко дорогое удовольствие», поэтому нужно минимизировать простой.

По плану в госпитале должны делать 7000 операций в год, из них 4500 — эндопротезирование и операции на опорно-двигательном аппарате. За первые четыре месяца сделали 1400 операций. Клиника коммерческая, но за 1100 человек Тетюхину заплатят из бюджета — в июле он подписал контракт с Минздравом на 133,5 млн рублей.

Однако бюджет не покрывает в полном объеме реабилитацию после лечения. Это разрушает концепцию Тетюхина: в его центре реабилитации уделяется едва ли не больше внимания, чем самим операциям. Процесс восстановления разбит на три этапа. Неделя в послеоперационной палате, потом пациента переводят в отделение реабилитации. На заключительном этапе пациенты живут вне больницы — на территории есть гостиница. С ними занимаются 20 инструкторов — для полного комплекта, говорит Тетюхин, надо набрать еще столько же. Тренажеры бизнесмен отбирал лично: закупил последние модели немецких и итальянских производителей. «Это типичный подход инженера. То, что сейчас лучшее, через 5–10 лет будет середнячком», — рассуждает мэр Сергей Носов.

Тетюхин сам разрабатывал методику реабилитации, изучив весь арсенал. Дмитрий Тетюхин вспоминает, что во время визитов в Москву отец набрал в магазине медицинской литературы целую тележку книг. «Это же для студентов начальных курсов», — пытался он отговорить отца, но учебники все равно поехали в Нижний Тагил отдельной посылкой. Несколько раз бизнесмен общался в Москве с Сергеем Бубновским, владельцем одноименной сети клиник. Но его метод показался Тетюхину слишком экстремальным. «Нам не удалось договориться», — сухо комментирует встречу Бубновский. Он не хотел отдавать свою разработку в чужие руки без открытия местного представительства.

По плану через реабилитационное отделение Тетюхина смогут проходить десятки тысяч пациентов в год. Но для этого нужно построить гостиницу на 550 мест, Тетюхин сейчас ищет финансирование. С предложением стать соинвестором гостиницы он звонил даже своему бывшему партнеру Брешту в Израиль.

М.Видео

«Первый вопрос: люблю ли я свой родной город. А само предложение было очень неконкретным. Я попросил бизнес-план. Больше он к этой теме не возвращался. Да и вообще не звонил», — вспоминает Брешт.

Город готов помочь с гостиницей, если в ней будут останавливаться не только пациенты частной клиники. Тетюхин же считает, что лишних мест не  останется — к нему поедут со всей России.

На будущее

Тетюхин планирует привлечь кредит на 700 млн рублей. Деньги нужны не только на гостиницу. Отделочных работ ждут шестиэтажный реабилитационно-процедурный блок с бассейнами и тренажерными залами, стационар для второй стадии реабилитации на 120 мест, кафе для пациентов. В планах — построить с нуля общежитие для студентов, новые дома для сотрудников на 350 квартир, транспортный блок и вертолетную площадку. На все это Тетюхин просит у города земли. «Проблема в том, что у соседних участков уже есть собственники. Мы пытаемся найти решение», — говорит Носов.

Тетюхин делится идеями, как можно сэкономить. На территории центра уже есть собственная котельная, в планах — установка газопоршневых двигателей, которые будут снабжать центр электричеством. Бизнесмен планирует снизить стоимость титановых протезов за счет собственного производства — сейчас из 135 000 рублей, которые государство выделяет на одного пациента, на протез уходит половина (60 000–65 000 рублей).

Брешт вспоминает, что Тетюхин еще в начале 1990-х пытался запустить производство имплантатов. Для этого партнеры создали фирму «Конмет» и пытались сотрудничать с ОАО «Медицина». Сейчас, по данным СПАРК, ЗАО «Конмент-холдинг» в равных долях владеют Вячеслав Брешт, Владислав Тетюхин и двое его сыновей Дмитрий и Илья. У компании два направления. Имплантаты и хирургические инструменты из титана делает Дмитрий (производство расположено в бывшем офисе «ВСПМО-Ависма» в Москве), медицинскую мебель — младший Илья (его кровати стоят в палатах отцовского центра).

Производством протезов будет заниматься Дмитрий. Под цех приобрели недострой на окраине Тулы.

«Я иногда подкалываю отца. Говорю, что лучше бы внучкам по отелю купил, — смеется Дмитрий Тетюхин. — Но отец мечтал создать русскую фабрику. Он думает, что лучше всех разбирается в титане».

Эндопротезы должны заменять коленные и тазобедренные суставы, титан отлично приживается в организме. «Мы привыкли делать титан для авиации, а в медицине у нас провал», — объясняет Тетюхин. Сейчас эндопротезы в основном закупаются у зарубежных производителей. Лидеры рынка — концерн Johnson & Johnson, Aesculap, Zimmer, Mathys. При этом часто они используют сырье с «ВСМПО-Ависма». Тетюхин-младший, например, закупает в США металлические прутки из титана, который его поставщик берет в Верхней Салде.

Правда, протезы в России будут делать с участием иностранных партнеров. «Мы можем сделать точную копию, не хуже качеством. Но нужно изучать опыт использования, а никто ставить неизвестные эндопротезы не рискует», — объясняет Дмитрий Тетюхин. Здание в Туле уже готово, осталось завезти оборудование. Переговоры о предоставлении технологии и марки еще в процессе. Швейцарский Mathys отказал, так что сейчас Тетюхины общаются с Zimmer и Aesculap.

Сможет ли Владислав Тетюхин вернуть свои вложения и вновь попасть в список Forbes? По словам Элгуджи Немсцверидзе, первого заместителя гендиректора группы компаний «СМ-клиника», срок окупаемости может составить 10 и более лет. «Для него это социальный проект, но любой проект, конечно, должен быть рентабельным», — рассуждает Тетюхин-младший. Сам бизнесмен на возврат состояния не рассчитывает: всю прибыль он планирует вкладывать в медцентр.

Lacy

«Если Тетюхиным овладеет идея, он находится вне экономического поля», — говорит о бывшем партнере Брешт.

Альтруизм Тетюхина впечатляет чиновников — мэр Нижнего Тагила уже пообещал назвать в честь него остановку около медцентра.

 

0 коммент.:

Отправить комментарий